Женщины, хорошо смотрите на ваших мужчин:


Перебравшись затем из Вирка в Тарон, он и там продолжал свои записи. Собственно, само послание его к императору Константину — это тоже описание бед, обрушившихся на Армению после 908 года.


Он имел возможность вести свой дневник и во время пребывания в пещерах Манэ. События, последовавшие вслед за возвращением Ашота II из Константинополя, а самого Иованнееа — из паломничества, последний снова описывает как очевидец, вплоть. до своего вынужденного бегства из принадлежавшем патриаршему дому крепости Ботракан. В этот промежуток времени он, находясь то при особе царя, то в Двине, то в Гехарде, опять мог вести [15] свои записи. Но все события, связанные с осадою и захватом крепости Бюракан, а затем и расправою с ее защитниками, он записывает уже находясь в Васпуракане, у царя Гагика Арцруни со слов некоего дьякона Георга: «Именно он и описал подробно все рассказанное нами в ходе повествования» (гл. LXVI).
Таким образом, высказанное М. Орманяном мнение, что Драсханакертци пользовался каждым удобным случаем, чтобы вести свой дневник, кажется вполне справедливым.

Истина, по-видимому, заключается не в противопоставлении вышеуказанных двух точек зрения, а в их соединении. Решив написать историю Армении, Драсханакертци скорее всего начал, как это сделал бы и делает любой историк, со сбора материалов. Работа эта — в нее следует включить и составление им Списка католикосов, и дневниковые записи — могла длиться многие годы. Только после такой трудоемкой подготовительной работы Иованнес мог уже действительно «одним духом» изложить свой труд, когда окончательно обосновался в Васпуракане у царя Гагика Арцруни, хотя не исключено, что некоторые части своей работы он изложил и раньше.