Поздно вечером — последняя разделительная линия: настал решающий момент: что происходит







Если бы моему герою стало известно, что существуют взрывной силы “секретные протоколы”, то и остаток жизни он отдал бы делу, которому посвятил всю свою творческую, научно-педагогическую и дипломатическую работу, в данном случае внес бы посильную лепту в рассекречивание тайных документов. Но это предположения. На деле же Вардан был от души признателен бывшим коллегам за то, что его не забыли и привлекли к серьезной работе.

Вот что сказано об этом в письме Алексею Карповичу Дживелегову, датированном 12 декабря 1928 года:

Дорогой Алеша! Ты получишь это письмо по проверенному каналу, так что буду предельно откровенен. Занят сейчас созданием правового поля, без чего не решить проблем русских эмигрантов в Швейцарии. Когда меня привлекли к этой работе, я благодаря усилиям Людмилы Владимировны был уже достаточно просвещен. Дело в том, что в немецкой части Швейцарии в конце прошлого столетия существовал крупный регион, где селились политические беженцы. Он пользовался репутацией “второй России». Русские политические эмигранты тогда, как и я теперь, жили за счет литературного труда, частных уроков и т. д.