Освобожденный из плена Азнив


Возвратившись в Феодосию, Вардан вплотную занялся воспитанием детей. Он испытывал по временам угрызения совести. Обещал всецело посвятить себя детям, а за полтора года общался с ними лишь урывками. Но благие намерения снова натолкнулись на помеху.

19 апреля 1900 года внезапно скончался Ованес Константинович Айвазовский. Ему было уже за восемьдесят, однако работал он практически ежедневно. Смерть застала его, можно сказать, за мольбертом – он писал картину “Гибель турецкого корабля”, которая так и осталась незавершенной. Вардан не мог не отплатить добром за добро и принял деятельное участие в организации похорон великого мариниста. Впрочем, он был далеко не одинок. Феодосийцы считали Айвазовского душой города, своим добрым гением. В знак безграничного уважения к его личности и деятельности, “в уважение особых заслуг, оказанных им городу”, Феодосия признала его своим почетным гражданином. Похороны вполне соответствовали этому статусу. С художником прощался весь город. Дорога к армянской церкви Сурб Саркис, во дворе которой согласно последней воле Айвазовского его погребли и где состоялось отпевание, была сплошь усыпана цветами. Последние почести своему художнику отдавал и воинский гарнизон Феодосии. В час похорон весенний день потускнел, стал накрапывать дождь, море печалью билось о берег.

Каждый, кто присутствовал за поминальным столом, посчитал своим долгом сказать несколько теплых слов о жизни и творчестве Ованеса Константиновича. Вспомнили Ивана Николаевича Крамского, всегда ценившего творчество великого певца моря; стоя у его марины, художник-передвижник воскликнул: “Это поистине Дух Божий, носящийся над бездною”. И далее: “Ритм идущих одна за другой волн и гряды облаков своим неутомимым движением создают образ стихии, таящей в себе грозные бури”.