Специально для мальчиков. Для милитариста Дубая Лены деньги и земля равны


Дорога в Карс отличалась живописностью. Один из ее участков тянулся вдоль речки, названия которой Вардан не знал. В конце ноября осень почти уступила зиме свои права. Голые деревья стояли впритык к воде. Тени от их стволов покачивались на волнах, и создавалось впечатление, будто тонкие верхушки то выглядывают из-под воды, то снова прячутся. У берегов этой безымянной речки вода была светло-зелёная, потому что лучи солнца проникали до самого дна, а чуть поодаль, на глубине, – синяя, как и отражавшееся в ней небо.


Свернув в сторону от безымянной речки, дорога потянулась ущельем и запетляла крутыми поворотами по горам и взгоркам. В окне дилижанса мелькнули развалины армянской церкви на придорожном холме. То по одну, то по другую сторону дороги попадались одинокие минареты. На городских станциях по пути следования пассажиры выходили размять ноги и выпить чаю. Наконец, миновав на четвертые сутки последний турецкий пост на границе с Россией, супруги вечером прибыли в Карс и расположились в станционной гостинице. Вардан договорился с дремавшим у ворот извозчиком, и тот рано поутру повёз их в Ани, в полусотне вёрст от Карса.

К полудню впереди показались крепостные стены средневековой армянской столицы, ставшей необитаемой пятьсот лет назад. За три часа, что Вардан и Наталья провели на развалинах, им не встретилось ни души. Единственным целым сооружением среди бесконечных руин оказалась сельджукская мечеть. Камни, из которых она была сложена, ее общий вид и даже интерьер – всё напоминало о соседних армянских церквах, да и на полу мечети валялись обломки хачкаров. По всему городищу тускло желтели остатки пожухлой травы, трава пробивалась и сквозь фундаменты давно рухнувших строений.